Нефтяное эмбарго может распространиться на участников ОПЕК

С 5 декабря 2022 года должно вступить в силу эмбарго на морские перевозки нефти из России в страны ЕС. Разработанная США и странами G7 мера включает запрет на страхование и финансовое обеспечение танкеров, перевозящих российское сырье по цене выше установленного лимита. Санкции также налагают вето на транспортировку нашего «черного золота» по морю в третьи страны, если контрактная стоимость окажется выше утвержденного Западом ценового потолка.

О последствиях новых ограничений российского энергетического сектора рассказали руководитель аналитического департамента AMarkets Артем Деев, начальник управления аналитических исследований ИК «ИВА Партнерс» Дмитрий Александров и аналитик TeleTrade Алексей Федоров.

— Как изменится мировой нефтяной рынок после введения всех этих мер против России? Какое влияние на котировки «черного золота» окажут санкции против нашей страны? С какими ценами на нефть мировые потребители встретят 2023 год?

Артем Деев:

— О введении потолка цен на российскую нефть известно давно, и рынок уже подготовился к такому обороту событий, поэтому вряд ли после 5 декабря произойдут кардинальные изменения. Отметим, что позиция США по этому вопросу успела претерпеть ряд поправок. Сначала Вашингтон требовал установить лимиты в $40-60 за баррель, но позже Белый дом согласился на пересмотр «потолка» в сторону увеличения. Если точка отсечения окажется в районе $70-75, то такой уровень фактически совпадет в ценой, по которой Urals продается последние пять лет. Для России принципиально ничего не поменяется.

Кроме того, США заявили, что не против, если Индия станет закупать российское сырье по ценам на свое усмотрение, и предупредили о возможном сдвиге срока введения эмбарго на 19 января 2023 года. Очевидно, что западные страны понимают, что ценовой потолок вынудит Россию отказаться от поставок в недружественные государства и перенаправить сырье в Китай, Индию или Саудовскую Аравию и ОАЭ.

Дмитрий Александров:

— Пока эффект от эмбарго и его эффективность остаются непонятными для участников рынка, особенно с учетом множества исключений и оговорок, которыми сопровождается подготовка к его введению. В любом случае, при возникновения серьезного дефицита и роста цен будут предприняты попытки соответствующих, возможно, негласных корректировок первоначально озвученных условий.

Алексей Федоров:

— Введение дополнительных административных ограничений в ценообразование нефти, особенно в отношении такого крупного экспортера как Россия, только усложнит ситуацию на нефтяном рынке, сделав происходящие в нем процессы менее прозрачными и менее эффективными. Уже сейчас можно заметить, насколько деформированной стала рыночная динамика цен на нефть. На неадекватность этого процесса обращала внимание Саудовская Аравия, которая прямо говорила, что желание США снизить котировки любым способом «распугало» участников рынка и снизило объемы поставок.

Если ввести потолок цен на нефть из России, то ситуация усугубится. Для мировой экономики нарушение работы механизма нефтяного ценообразования чревато искажением сигналов от покупателей к производителям. Если раньше десятки миллионов участников торгов по всему миру закладывали в контракты всю доступную информацию и прогнозы изменения влияющих на нефтяные цены факторов, чем и обеспечивали эффективную связь покупателей с производителями, то теперь стоимость сырья будут диктовать руководители всего 7 стран. Это противоречит фундаментальным законам капитализма. Последствия таких действий будут подразумевать нарастающую необходимость еще большего регулирования цен. Вслед за эмбарго для России G7 придется вводить ограничения на цены и для других производителей, прежде всего из состава ОПЕК. Нашей же стране пойдут навстречу государства, которые могут себе позволить говорить об ошибочности ограничительной политики «большой семерки» или в своих решениях молчаливо исходить из собственных экономических интересов.

— Можно ли оценить ущерб России от частичного нефтяного эмбарго? Позволят ли нивелировать наши потери различные схемы экспорта сырья, которые сейчас прорабатывают отечественные поставщики (перегрузка нефти в открытом море, создание нашей страной так называемого «теневого» флота танкеров и так далее?

Артем Деев:

— Главной потерей нашей страны станет не введение потолка цен на нефть, а весь комплекс антироссийских санкций и начинающаяся мировая рецессия. В последнее время ОПЕК+ фиксирует профицит энергоресурсов на рынке — промышленное производство в глобальном плане снижается и большие объемы нефти не востребованы. Это может привести к снижению цен и сокращению производства. В России, по разным оценкам, сокращение добычи нефти в 2023 году может составить 1 млн баррелей в сутки (10% от общего объема), что станет причиной падения доходов компаний и федерального бюджета. Однако пока цены остаются на высоком уровне, что позволяет России компенсировать выпадающие европейские объемы.

Дмитрий Александров:

— По мере формирования Россией альтернативных путей доставки, жесткость ограничений будет возрастать. Соответственно, пока трудно оценить окончательный ущерб нашей страны. Инициаторы эмбарго предполагали, что убытки российской экономики будут исчисляться десятками миллиардов долларов, но обходных путей экспорта сырья действительно очень много — это и перевалка сырья в открытом море, и использование «теневого» танкерного флота». Однако наши оппоненты не будут стоять на месте и постараются в течение будущего года повысить эффективность эмбарго за счет ужесточения контроля над поставками и вторичными продажами.

Алексей Федоров:

— Существуют разные оценки влияния «потолка» цен на баланс мирового нефтяного рынка в целом и конкретно на Россию. Прогнозы осложняются предкризисной ситуацией в мировой экономике, из-за которой спрос на энергоресурсы снижается по естественным причинам, давя на котировки «черного золота». До середины 2023 года потолок цен на российское сырье может выглядеть как вполне рабочий механизм, поэтому рыночные цены на нефть могут упасть до $60-70 за баррель Brent.

По мере улучшения экономической ситуации на планете, а восстановительные процессы могут начаться во второй половине 2023 года, рыночные цены на нефть будут стремиться к более высоким уровням в $80-100, а значит, и российское сырье будет дорожать. В таком случае механизм лимита цен покажет свою несостоятельность, потому как Россия и другие подсанкционные страны найдут способы обхода западных ограничений с помощью развития собственной инфраструктуры морской транспортировки сырья. Возможные потери России от введения потолка цен на нефть при условии, что этот механизм продержится до середины будущего года, может составить $2,5-4 млрд. Сумма существенная, но не критичная в сравнении с совокупным объемом нефтяного экспорта из нашей страны.